- Нет.

- А откуда это синяк на челюсти?

- Заработал в баре. Ничего серьезного.

- Ну, а все-таки?

- Кто-то сел за мой столик, я ему что-то сказал, он не так понял, вот и все.

- Ясно. Но я это не одобряю, - Ходж открыл дверь в коридор. - Если что-нибудь прояснится, мы дадим вам знать. А пока будьте осторожны. Чуть что, сразу зовите нас на помощь.

Уже стоя в коридоре и застегивая пальто, он спросил:

- Вы ничего не сказали о девушке и парне, которые ночью привезли вас сюда.

- Не думал, что это имеет какое-нибудь значение, - Калверт пожал плечами.

- Как их зовут?

- Мы не знакомы.

- Не хотите говорить? Как знаете. А замок советую сменить.

Ходж резко повернулся и направился к лифту. Калверт запер за ним дверь. Он не мог бы сейчас ответить на вопрос, почему не назвал имени Люси Бостон. Может, это забота о чести дамы или джентльменская порядочность? Гарри закурил и, подойдя к зеркалу, стал рассматривать свое отражение. Серые глаза на довольно помятом лице смотрели сурово и вдумчиво. Непричесанные волосы топорщились во все стороны.

А, может, дело совсем не в этом? Может, что-то другое заставило его скрыть имя девушки? Возможно, он, Гарри Калверт, тридцатилетний соломенный вдовец, проникся романтическим чувством к этой юной особе? Ночью в такси нежный аромат ее духов пробудил в нем массу воспоминаний и словно сделал на десять лет моложе.

Продолжая размышлять над событиями прошедшей ночи, он вернулся в спальню.

Разгадать значение монограммы на перстне было довольно трудно. Не менее трудно было выяснить, чего хотел от него Плайер, упорно преследовавший сначала на улице, а потом в баре.

Он вновь принялся набирать номер Люси Бостон. Черт с ними - с этим Плайером и этим Ходжем! Голос Люси, волнующий и нежный, раздался в трубке. Гарри словно кипятком обдало.